Творческий пинок- ...И четыре тысячи лет назад корабль харров совершил вынужденную посадку на планете-прародительнице. Наша раса тогда еще не вышла из варварской дикости; мы пытками вырвали у пришельцев секреты их технологии... Так началась наша звездная экспансия. Свыше тысячи лет мы нападали на другие народы. Одни были цивилизованнее и гуманнее, а потому терялись перед нашей жестокостью; других, похожих на нас, мы покоряли силой оружия, изобретенного древними расами. Мы захватывали планеты, обращали в рабство целые миры, основывали звездные империи... Был и геноцид, и массовые убийства, и много чего еще... Но об этом знают только члены правящих семей. Чувство вины и стыд за прошлое разрушительны, если их не сдерживает узда анализа и огромных знаний; люди пока не готовы узнать наше настоящее прошлое, не приукрашенное романтическими легендами. Вот поэтому историю тебе читаю я, - правитель Серого Герцогства потрепал по волосам мальчишку, парящего на антигравитационном кресле.- Александр, но это же все мерзко, подло и... и... - паренек не находил слова, - То, что мы творили! - Полностью с тобой согласен, братишка, - Серый Герцог улыбнулся и продолжал: - Впрочем, мы умнели. Уже больше двух тысячелетий мы пытаемся исправить причиненное зло, загладить свою вину... но получается плохо. Наше государственное устройство опутало всю Галактику, а вместе со структурой общества мы принесли другим расам интриги, наушничество и грызню за власть - все то, что отличало дворы правителей в нашу дремучую эпоху. Только теперь враждуют не мелкие князьки, а огромные звездные государства. Самые мощные на сегодняшний днь - Альянс независимых планет и Империя верхних солнц. - А мы? - Серое Герцогство всегда держало нейтралитет. Если смотреть на нас из центра Галактики, видны только пылевые облака, наш пограничный заслон. Во времена, когда наши дикие предки захватывали все новые и новые пространства и давали им пышные названия, этот сектор окрестили Серым Герцогством, поскольку решили, что в пыли окажется лишь несколько сумрачных мирков, крутящихся вокруг тусклых солнц. Кто же знал, что за облаками окажется такое богатство... Первые Серые Герцоги были из знатных, но обедневших родов там, дома. Они не рвались за новыми землями, а бросили все силы на то, чтобы привести в порядок то, что им досталось. Теперь наш звездный флот не уступает по мощи фотам Империи и Альянса, у нас самые лучшие ученые... И поэтому наш нейтралитет не выгоден никому. Серое Герцогство слишком сильно, чтобы нападать на нас в открытую, поэтому против нас ведется другая война, тайная. И жертвы в ней - мы, члены правящего дома. Серыми Герцогами пытались управлять через эмоции, через контроль за сознанием, их убивали... Так когда-то погибли наши родители, так ты лишился ног... Мальчик молчал. Наверно, именно так взрослеют - внезапно, скачками. - Как, оказывается, страшно жить... - Да, Дип, но хаос еще страшнее. Наша семья - как пограничные пылевые облака Герцогства, мы принимаем на себя первый удар. - Ноги - не страшно; когда перестану расти, вживят андропротезы. Но родителей я им никогда не прощу! Узнаю, кто за этим стоит, и... - Дип сжал кулаки, блеснули в глазах злые слезы. - Удержаться от мести, даже когда знаешь виновных, - урок посложнее истории, - Александр поднялся, - Отдохни пока, братишка, а меня ждет канцлер... * * *Вдовствующая императрица-мать маялась бессонницей. Со дня совершеннолетия Императора она не могла нормально заснуть - дела, дела, они копились, они ждали, они оставались нерешенными - мальчик по-прежнему думал лишь об охоте да о хорошеньких служанках, но мать теперь к управлению не допускал. Больше того, старался сделать все наперекор ее советам. Скоро Империя верхних солнц станет посмешищем - с таким-то правителем! Все, чего она добивалась на протяжении целой жизни, сойдет на нет. Вон, посмотрите на него, жениться он собрался! Отыскал невесту в маленьком нищем маркизате... как бишь его? вот, и названия-то не вспомнить! Никакой выгоды от такого брака. И была б девчонка повиднее, а то ведь острые локти и коленки, неизменные шорты с кобурой да дерзкий упрямый взгляд. Нет, такой невестки нам не надо.Дурит сынок, не удовольствовался номинальным титулом Императора, править рвется. Объяснять бесполезно; надо, чтобы нос разбил да сам к матери приполз. Эх, дети, дети, ничего-то вы без нас не можете, но все пытаетесь доказать, что на что-то годны. Нужна война. Небольшая, локальная война где-нибудь на окраине Империи - но чтобы поначалу вам, господин Верховный главнокомандующий, как следует бока намяли. К негуманоидам мы соваться не будем, кто знает, остановятся ли они тогда, когда нам будет нужно; а вот баронство Сен-Конкерант подойдет. Адмирал-командором при мальчике будет верный Горви (тут глаза императрицы подернулись поволокой), он убережет юнца от самого пекла. А мы тем временем возжелаем познакомиться с будущей невесткой и отправим в этот захудалый маркизат за девчонкой флотилию... нет, один, всего лишь один корабль. Империя ведь ведет войну, и непростительное расточительство - требовать от жениха эскорта. Да, баронство Сен-Конкерант подходит как нельзя лучше: сектор военных действий нужно будет обогнуть - как же, безопасность будущей Императрицы! - и обогнем мы его по краю Облака. Серое Герцогство скозь пальцы посмотрит на одинокий корабль и не станет посылать патруль - слишком опасны пылевые вихри на границе. Вот в этом-то вихре и сгинет дерзкая пассия сыночка. Нам такой невестки не надо... РоСерый Герцог быстрым шагом направился в свой кабинет. Канцлер уже ждал, замерев возле кресла. В руках у него ничего не было – канцлер Джофрам Гаалеби отличался потрясающей, фотографической памятью, заменявшей ему любую персональную консоль. Александр опустился в кресло, чувствуя, как непонятно откуда взявшаяся усталость наваливается на плечи.- Ну что, Джоф, чем порадуешь? Его собеседник изобразил намек на поклон. - Если Ваша светлость пожелает считать это радостью… Герцог махнул рукой, показывая, что канцлеру лучше бы оставить любимую смесь ехидства с этикетом и перейти сразу к делу. Тот кивнул, принимая условия. - Вобщем-то, все в порядке, ничего серьезного. Из важных событий сегодня только одно – Вы даете аудиенцию новому послу Альянса, он вручает верительные грамоты и заодно прощупывает почву. Герцог устало потер глаза. - Интересно, что они попробуют на этот раз? Что мы знаем, Джоф? - О новом после? Сеймур Лахланд, обладатель Большой звезды Альянса независимых планет, полученной «за особые заслуги перед Альянсом». Заслуги, естественно, засекречены, но общеизвестно, что именно благодаря ему система Креста, находящаяся на границе Империи, добровольно вошла в состав Альянса, да так молниеносно, что Империя и дернуться не успела. И это всего через пару лет после того, как он стал консулом Альянса в этой системе. Герцог покачал головой: - Значит, они пускают в ход тяжелую артиллерию. Неужели у Альянса так плохи дела в нашем секторе Галактики? Ничего, нам не привыкать. Аудиенция после обеда, так? - Так. Александр… - канцлер мог позволить себе такую фамильярность, ведь именно он взял под опеку молодого герцога, когда после смерти родителей на него свалился пост правителя. – Александр, будьте внимательны. Этот Лахланд больше известен среди дипломатов как Змей. Он чертовски обаятелен, умеет завоевывать доверие людей, вне зависимости от их пола, возраста и интересов. Единственная, пожалуй, слабость – он слишком привязан к своей репутации вечного победителя. Герцог, казалось, не обратил особого внимания на предостережение канцлера, тот не стал настаивать и они перешли к обсуждению мелких вопросов. * * *Мужчина средних лет с темными короткими волосами и глазами, отсверкивающими сталью, медленно поворачивался перед зеркалом, внимательно рассматривая свое отражение. Зеркало было древним, из стекла с амальгамой. Многие сочли бы это эксцентричностью, ведь современные техно-зеркала гораздо практичней. Покажут твое собственное трехмерное изображение сразу со всех сторон, сообщат время и прогноз погоды, даже информацию о новинках моды во всех столицах выдадут. Но Сеймур Лахланд по прозвищу Змей любил мягкий блеск старых зеркал, их немного нечеткую темноту. Он считал, что техно-зеркала убивают отражение, превращая его в манекен. Перед техно-зеркалом нельзя отрепетировать улыбку, изумление, гнев. Нельзя проверить, не выдают ли твои глаза твои мысли. Вобщем, техно-зеркало не подходит для подготовки к бою (а Змей всегда относился к своей работе как к сражению, где оба соперника галантны и обходительны, хоть и прячут за спиной отравленные кинжалы)Наконец он решил, что доволен увиденным в зеркале. Черный дипломатический камзол сидел на нем как влитой, белый галстук, подчеркивающий смуглый цвет кожи, завязан чуть-чуть небрежно – ровно настолько, чтобы костюм не выглядел слишком строгим. Сеймур протянул руку и секретарь, до сих пор стоявший молча в углу, протянул ему свиток, долженствующий изображать верительные грамоты. К свитку была прикреплена тонкая платиновая пластинка, на которой в действительности была записана вся информация, включая личное послание Герцогу от Совета независимых планет. - Скажи-ка еще раз, ты уверен, что Герцог не в курсе, что предыдущий посол действительно действовал вопреки указаниям, на свой страх и риск? - Способы чтения мыслей еще только разрабатываются в психолабораториях, - уклончиво ответил секретарь. – Мы же можем полагаться только на наших информаторов и технические средства слежения, а это не так много. Служба безопасности Герцога всегда на высоте. Однако все что мы смогли узнать, плюс анализ всей открытой информации позволяет считать, что это так. Герцог уверен, что та неудавшаяся авантюра была санкционирована Советом. - Авантюра, - фыркнул Змей. – Давай называть вещи своими именами – та глупость. И теперь мне придется расхлебывать ее последствия. Похоже, моя судьба – оказываться в самых безнадежных местах. Но в голосе Лахланда вовсе не было сожаления. Он прекрасно знал, что именно этим заработал свою репутацию и свое прозвище, которым немало гордился. Именно тем, что появлялся в критических точках – и вытаскивал ситуацию, превращая провал в победу. Победу дипломатии Альянса. И победу его, Змея, мастерства в искусстве бескровного дипломатического поединка. Творческий пинокАрро ди Миро, Его Высочество принц Королевства Шармгред, полулежал в пилотском кресле и швырял дротики в спираль галактики, заключенную в букву "О" названия "Альянс Глобал". Название значилось на коробке из-под осточертевших принцу пресных галет, а коробка была нахлобучена на голову старенького дребезжащего серво-робота.Его Высочество сражался с Альянсом. Любить это сборище набитых деньгами мерзавцев у Арро не было причин. Дело не в том, что пару столетий назад Альянс в ходе очередной стычки с войсками Империи уничтожил Королевство Шармгред. Уничтожил не намеренно, просто взорвалась одна из звездных пушек, и черная дыра, образовавшаяся в результате взрыва, поглотила крохотный кусочек пространства. Кусочек этот был крохотным по меркам Альянса - Королевство Шармгред, занимавшее всего-то полторы планетные системы, исчезло полностью. По крайней мере, из этой Галактики. Но не за это Его Высочество ненавидел Альянс. Строго говоря, Арро ди Миро и Высочеством-то не был: так, бастард, чья бабушка некогда согрешила с молодым королем... как бишь его... А, какая разница. Из всего королевского дома да и из всего Королевства уцелел один лишь Арро, в момент стычки отдыхавший в тюрьме на одной из планет Империи. Принцем ди Миро не был, но был мошенником, и мошенником не из последних. Итак, поразмыслив, Арро пришел к выводу, что на трон Королевства Шармгред ни у кого нет прав больше, чем у него, и стал Высочеством. Его Высочество сражался с Альянсом. Подлецы, они выловили его в нейтральном космосе, конфисковали корабль с товаром и чуть было не отправили на одну из центральных планет... Но Арро ди Миро не был бы выдающимся мошенником, если б не смог ускользнуть, угнав этот древний транспортник с грузом армейских пайков. Его высочество сражался с Аьянсом и победил - очередной дротик задел вылезший из-под панели провод вестибулярного блока, и серво-робот с лязгом грохнулся на пол. Арро взглянул на навигационный экран: приближается Облако, граница Серого Герцогства. Помнится, к ним прибывает новый посол Альянса... Новый - это значит, почти никому не знакомый. Этим можно воспользоваться, и тогда негодяям из Альянса обеспечены несколько неприятных инцидентов. Принц нехорошо ухмыльнулся и принялся раccчитывать курс... ЛисичкаПереполох, который она создавала при приближении к его покоям, было невозможно перепутать ни с чем.Тайфун или цунами наделали бы меньше шуму: громкие голоса, стук каблуков, шелест юбок, яростные вопли на прислугу, которая невовремя оказывалась под ногами, грохот захлопывающихся за ее спиной дверей, звон упавших на пол канделябров и множество других звуков взорвало сонную тишину поместья. Совершенно очевидно - это была Кьяра, его сестра. - Кристиан! Кристиан! - она обрушилась на запертую дверь и принялась стучать ногами. - В чем дело, почему заперто?! - голос срывался на крик. Крис меланхолично склонил голову к плечу и прислушался к звукам по ту сторону двери: - Сапоги для верховой езды... - он шумно вздохнул и нажал на пульте пару кнопок. Пол, выложенный старинным наборным паркетом, вмиг оказался застланным синтетическим покрытием, - в прошлый раз все вокруг шпорами перецарапала, пришлось реставраторов издалека выписывать,а возились они месяца два, не меньше... Сквозь шум слышался многоголосый шопот прислуги: "Госпожа, возможно сэр Кристиан занят..." Крис хмыкнул и прикрыл глаза; - Ой, зря они ей это сказали.... Кьяра издала рычание и с новой силой заколотилась в дверь. - Я добиралась до тебя верхом, я вся провоняла лошадью, черт побери, и вовсе не для того, чтобы стоять тут под дверью! Немедленно открой! Еще одна комбинация кнопок и дверь, стилизованная под старину, бесшумно отъехала в сторону. Он успел выхватить у нее из рук антикварную каминную кочергу, а другой рукой махнуть слугам, чтоб оставили их одних. - Кристиан!!! - Что случилось на этот раз, сестренка? - он участливо улыбнулся, кочерга отправилась на свое место, к камину, в котором полыхали дрова /кстати очень дорогое удовольствие, в котором Крис так и не научился себе отказывать/ Кьяра шарахнулась от открытого огня в противоположную сторону залы. - Когда ты уже прекратишь жечь эти деревяшки, Кристиан? - она сбросила на пол штук пять расшитых шелком и бисером подушек, упала в мягкое кресло, - это же отравляет воздух! В конце-концов, это просто опасно! Крис, не говоря ни слова, опустил перед камином защитный экран, отгородив пламя затемненной стеклянной ширмой, и присел рядом. - Вот! - она швырнула ему листок, который мягко приземлился у его ног. Еле успев выхватить его у немедленно активизировавшегося серворобота-уборщика, Крис довольно улыбнулся: Императрица чтила традиции - старинная бумага, чернила... Он вчитался в слова. - Так, мы бла-бла-бла Император и бла-бла-бла Императрица-мать, действующая от его имени и по поручению, настоящим повелеваем... - он поднял глаза на сестру, которая, прикусив зубами кончик длинной кожаной перчатки, нервно дергала ее, видимо собираясь прогрызть в ней дыру. - Какого черта? Какого черта я должна сопровождать куда-то эту ненормальную?! Он примиряюще поднял руки: - Невесту Императора, а не ненормальную, сестренка, и потом ты возвращаешься в Столицу. Ты же так хотела туда вернуться, а в твоем положении это - замечательный шанс. - Вернуться в качестве кого?! - она вскочила и заметалась по зале: лицо перекошено гневом, острые каблуки высоких кожаных ботфорт впиваются в пол, черный плащ развевается за спиной, светлый локон выбился из под шляпки и подпрыгивает на плечах при каждом шаге, руки сжимают перчатки. - И черта два - "в столицу"!!! Она требует сопровождать эту ненормальную ко Двору! Она хочет, чтобы я стала ее нянькой! Представляешь - я должна няньчиться с этой ... - она закатила глаза, расставила ноги и, вытянув вперед обе руки, сделала движение как будто стреляет в кого-то... Крис рассмеялся - уж очень потешно и узнаваемо Кьяра изобразила свою племянницу, да и сама мысль о том, что его сестра может "за кем-то присматривать", как следовало из распоряжения Императрицы, была смешной. Кьяра остановила свои перемещения и шагнула к нему. Со стороны это выглядело занимательно: одного роста, с темными глазами и светлыми волосами, похожие как две капли воды, даже одетые примерно одинаково, брат и сестра смотрели друг на друга, отражаясь друг у друга в глазах. - Почему Императрица не оставит меня в покое? - Потому что твой первый муж пытался устроить в Империи военный переворот, - Крис провел тыльной стороной ладони по ее щеке, поправил растрепавшуюся прядь, - потому что твой второй муж был промышленным шпионом и продавал Альянсу последние разработки в системах жизнеобеспечения на наших военных кораблях... Кьяра дернулась в строну, но он ухватил ее за плечи и снова поставил перед собой: - Потому что всем известно, что ты крутила с Лахландом из Альянса!.. На этих словах она набрала воздуху в легкие, чтобы возмутиться, но Крис легонько дотронулся пальцами до ее губ, не давая сказать ни слова, и продолжил: - Вокруг тебя всегда происходят какие-то сомнительные события, а ты чудом остаешься в стороне, сестренка... И наконец всего три дня назад я, по твоей просьбе, отправил Императору прошение о твоей новой свадьбе... - А ты думал что из за этих двух неудачников - старого и молодого, или из за одного сладкоголосого труса я просижу в этой дыре всю оставшуюся жизнь?! - Я думаю, что быть нянькой при невесте Императора гораздо лучше, чем быть женой Главного Имперского Астролога...- Кьяра скроила хитрую физиономию и Крис не сдержал улыбки, - Ему же восемьдесят лет, бесстыдница! - Зато, - она тоже засмеялась, - он нагадал мне любовь и удачу! Творческий пинокАлександр любил эту шпагу. Ее ему подарил дедушка Корсо. Конечно, Корсо Теранский, отец нынешнего маркиза, не был дедом Серому Герцогу, но в детстве Александр всегда его так называл. Герцог погладил тусклую рукоять, улыбнулся. Помнится, когда он впервые, лет двух от роду, увидел маркиза, то испугался сурового старика, у которого было двое усов - так ему показалось. Действительно, у Корсо были такие густые косматые брови, что вполне могли сойти за вторые усы над глазами.Старый маркиз, несмотря на размолвку, некогда произошедшую между его сыном и отцом Александра, часто бывал в Сером Герцогстве: учил фехтованию и верховой езде маленького наследника и подолгу беседовал с Тайлой. Тайла, красавица Тайла, яблоко раздора... Александр знал, что именно из-за его матери Терана прекратила всякие связи с Серым Герцогством. Вернее, прекратил маркиз Теранский, который никак не мог простить, что Тайла стала женой Серго Герцога, а не его. Но дедушка Корсо оказался выше сыновних обид и продолжал наведываться в Серое Герцогство. Александру исполнилось четырнадцать, когда Корсо подарил ему эту шпагу. Старик молча протянул ему оружие, шевельнул усами и... - Война!! Война!.. - канцлер, без сюртука, вбежал в кабинет. - С кем? - резко обернулся правитель Серого Герцогства. - Не с нами, - Гаалеби перевел дыхание, - Империя объявила войну баронству Сен-Конкерант. Серый Герцог пожал плечами: странное, нелогичное действие - чем крохотное баронство могло помешать Империи? - Александр, - канцлер оглядел парадный мундир Герцога, старинную шпагу в руках, - Пришло сообщение из Альянса: до тех пор, пока не прояснится ситуация с этой войной, Сеймур Лахланд задерживается в Альянсе. РоЩелк! Батарея мягко вошла в ручку бластера, индикатор замигал ярко-зеленым светом. Полный заряд. Тонкие пальцы крепко сжали рукоять. Ствол медленно поднялся и уставился на призрачно-белую фигуру в дальнем углу. Фигура не шевельнулась. Палец на курке напрягся, дрогнули губы:- Бабах! Брошенный привычным движением бластер полетел в кобуру, и Алекса с досадой плюхнулась на кровать. Изо всех сил стараясь не смотреть в ту сторону, где в прозрачном коконе посверкивало ее новое парадное платье. Настроение было отвратительным. Похоже, все в доме просто посходили с ума в тот самый момент, когда пришло это приглашение. Хотя нет, первые признаки безумия появились, когда было объявлено, что Император выбрал ее своей невестой. Но после приглашения это приняло характер всеобщей эпидемии. Собственно говоря, ничего удивительного в этом нет. Алекса не ребенок и не слепая, она прекрасно понимает, что значит - жить в маленьком и, будем честными, захудалом государстве прямо под боком у огромной Империи. Империя эта постоянно занимала умы и сердца жителей маркизата Терана, к Империи устремлялись их взгляды и мысли. С опаской или с надеждой, но всегда – к Империи. Лучшие ученые стремились попасть в один из Главных Имперских Университетов, ведь там они могли позволить себе любые исследования. Честолюбивые юнцы убегали из дома, чтобы поступить в Имперские военно-космические училища – ведь всякому ясно, быть лейтенантом имперского космофлота гораздо почетней, чем даже майором космофлота Теранского, в котором и кораблей-то кот наплакал. Не менее честолюбивые девицы на выданье устремлялись в Империю в поисках знатного мужа и – верх мечтаний – возможности быть представленной Двору. И происходило это год за годом, поколение за поколением. Так что теперь половина окружающих завидовала ей самой черной завистью. Еще бы, попасть в Империю, ко Двору, и не просто так – стать Императрицей, почти хозяйкой всего этого роскошества. Даже Лилли, ее подруга, которая обычно все понимала, вчера произнесла с глупым блеском в глазах: - Представляешь, теперь ты сможешь все. Все, что захочешь! Алекса вздохнула и перевернулась на живот, подложив руки под подбородок. Понять ее состояние не мог никто. Даже отец, ее отец, вечная опора, поддержка и столп спокойствия – и тот говорил с ней теперь как-то отвлеченно, словно погруженный в какие-то свои мысли и планы. Впрочем, его Алекса понимала прекрасно. Предстоящая свадьба ставила ее отца, маркиза Теранского, в странное положение. С одной стороны, породнившись напрямую с Императорской семьей, правитель Тераны мог рассчитывать на изрядную политическую выгоду. С другой – случись что с ним, и весь маркизат перейдет к ней, Алексе, единственной наследнице. А если она станет Императрицей – Терана присоединится к Империи, положив конец многовековому балансированию на грани с целью сохранения независимости. Ах, если бы у отца были другие наследники! Но, увы, мама умерла, оставив отца с единственной дочерью. Есть, конечно, младший брат отца, пресловутый дядя Коррис, но о нем ничего не слышно уже лет двенадцать. Похоже, его страсть к приключениям все же не довела до добра. Да. но ведь маркиз еще не стар, фрейлины на него так и заглядываются, он запросто может завести еще наследников. Девушка покачала головой. Глубокий Космос, что с ней такое! Отец все жаловался, что она никак не повзрослеет, что ее не заставить думать о государственных делах. Слышал бы он сейчас ее мысли. Интересно – обрадовался бы? Она вдруг вспомнила последний разговор с ним. Отец тогда долго говорил о политике, об интересах страны, о законах наследования, потом вдруг замолчал, опустил голову. Алекса встревожено взяла его за руку, позвала: «Папа?» - Алли, - отец мягко взял ее за плечи. – Я хочу, чтобы ты знала – для меня нет ничего важнее твоего счастья. Скажи, ты действительно хочешь этой свадьбы? Потому что решать только тебе, я никогда не стану заставлять тебя или уговаривать… Тогда Алекса почему-то смутилась, пробормотала, что она, конечно же, не против. А что еще она могла сказать? Сейчас же, одна в своей комнате, она вновь, в который раз, задалась тем же вопросом – хочет ли она этой свадьбы? И в который раз честно призналась себе, что не знает. Да, ей нравился ее жених. В жизни он оказался совсем не похожим на свое изображение на картинах и головидео. Настолько не похож, что в первый момент при личной встрече она его не узнала. Его Императорское Величество тогда наносил визиты во все сопредельные страны. Добрался он и до Тераны. Во дворце маркиза был устроен бал. И вот когда Император, согласно этикету, пригласил ее на первый танец, Алекса все вглядывалась и удивлялась – неужели это и есть тот грозный повелитель огромной Империи? Никакого особого величия – лишь безукоризненные манеры и приятная улыбка. И манера говорить обо «всей этой шумихе» с легкой насмешкой. И шутки, которыми он так и сыпал. На том балу они много говорили и много танцевали. Потом были еще пара встреч, наполовину официальных. Да, с Императором можно было интересно поговорить и весело посмеяться, но предложение стать его женой застигло Алексу врасплох. Честно говоря, она даже не успела начать думать о нем с этой стороны. А потом навалились со всех сторон ахи и охи, восторги и тревоги, и она чуть ли не впервые в жизни почувствовала себя совершенно растерянной. Алекса ощутила движение за спиной и мгновенно вскочила. Дверь бесшумно открылась и в комнату заглянула пушистая рыжая морда. Ну правильно, дверь-то она заперла, но автоматика настроена так, чтобы всегда пропускать Муррла. Здоровый кот, тихо мяукнув, зашел в комнату и, сделав круг, запрыгнул на кровать. Алекса тут же схватила его и прижала к себе. Попробуй кто-нибудь другой проделать этот фокус – непременно заполучил бы десяток глубоких царапин, но ей Муррл позволяет и не такие вольности. Недаром же он ее кот, только ее и ничей больше, об этом знает весь дворец. Вот еще беда – как же она оставит Муррла? Устроив кота поудобней на коленях, Алекса принялась расчесывать длинную густую шерсть. Мерное мурлыканье довольного кота успокоило и ее. Что толку копаться в собственных и чужих чувствах и побуждениях? Что толку пытаться заглянуть в будущее? Жизнь непредсказуема, это она уяснила давным-давно. Значит надо просто жить сегодня и не думать о завтрашнем дне. Об этом глубокомысленном выводе Алекса сообщила коту. Тот лишь зажмурился, подставляя бок. - Вот это правильный подход, Муррлик. Давай-ка мы с тобой пойдем и поищем что-нибудь вкусное, а? А потом я загляну в видео-тир. Эта мысль подняла ей настроение. Пусть об обычных дальних поездках и гонках на скутерах ей сейчас не стоит и думать – остались еще в жизни удовольствия, которым можно предаваться не выходя из дворца. У нее еще два дня на то чтобы жить по старому и не заботиться о новом. Надо провести их повеселее, кто знает, какие развлечения подобают Императрице. Алекса осторожно переложила кота на кровать, быстрым движением натянула кобуру с двумя бластерами. Подумала, не накинуть ли что-нибудь сверху, потом пожала плечами. Все равно во дворце давно привыкли к ее любимому костюму. Девушка снова протянула руку к коту. - Иди сюда, рыжий красавец. Совершим пиратский налет на кухни. Дверь закрылась, комната опустела. Лишь белое парадное платье призрачно посверкивало в дальнем углу. Форменэль- Тщательнее, Стев. Надеюсь, хотя бы на оттирание грязи ваших способностей хватит? – в голосе капитана сквозило обычное презрение.- Да, мисс Арабелла. Мартин обмакнул швабру в мыльную пену и принялся яростно тереть пол. Пока капитан не скрылась за дверью рубки. А потом он чертыхнулся и сунул швабру в ведро: можно подумать, он тут уборщиком нанимался… Вообще-то, учитывая то, что его угораздило очутиться на заштатной планетке Углуак с двумя с половиной кредитами в кармане, без работы и без каких либо перспектив, он бы нанялся и уборщиком. Так что, узнав от бармена, что высокая девица с мрачной физиономией ищет помощника механика, он считал, что ему здорово повезло. Хотя сейчас он думал, что лучше бы он отказался еще тогда, когда разглядел на куртке девицы знак Матери Миров. Или хотя бы тогда, когда послушал ее проповедь… Его нынешний капитан была странствующей проповедницей. Орден Матери Миров, Великой и Единой, Самопорождающей и Всетворящей и прочая и прочая (Мартин подозревал, что полное его наименование не помнят даже сами члены ордена) был небольшой, но весьма активной сектой крайне феминистского толка. Согласно его учению все сущее представляло собой порождение Матери Миров, непрерывно и вечно порождающей самое себя. Дальнейшая суть учения терялась в безднах звучной болтовни, но практические результаты были очевидны: мужчина объявлялся низшим существом, способным лишь на самые простые действия и ощущения. Члены Ордена – конечно же, только женщины – не ненавидели мужчин, не боролись за власть – за представительство в Сенате Альянса или где-либо еще, не считали их воплощением зла – нет, они просто презирали мужчин. Мужчина в их представлении был чем-то неприятным, но малозначительным – меньше и хуже любого червяка. Червяка женского пола, естественно. Все это Мартин, ранее слышавший об Ордене только краем уха, понял из проповеди Арабеллы в тот самый день, когда нанялся на ее корабль. Проповедь состоялась чуть ли не на взлетном поле, рядом с кабачком, где Мартин пропивал последние деньги, прислушиваясь к разговорам космолетчиков – не нужен ли кому механик. Аудитория у проповедницы была не самая удачная – отдыхающие между рейсами пилоты, механики космопорта, разнообразный обслуживающий персонал, между которых затесались несколько официанток и продавщиц. К ним-то и обращалась Арабелла, игнорируя мужчин, отпускающих разнообразные шуточки по поводу Ордена и его миссионерок. Последнее, впрочем, было довольно несложно – мало кто осмеливался привлечь к себе излишнее внимание проповедницы: изрядного размера лучевой пистолет на ее поясе производил внушительное впечатление. Зато Мартин готов был поклясться, что глаза как минимум двух девчонок, слушавших проповедь, начинали лихорадочно блестеть, когда Арабелла говорила о первенстве женщин, о их могуществе, о происхождении от Матери Миров и тому подобную чушь… Мартину было наплевать на первенства и могущества – лишь бы деньги платили, а деньги ему пообещали неплохие: видимо, Арабелла решила бороться с текучкой кадров на звездолете. Кстати, называть ее «мисс Арабелла», а не капитаном или как иначе было первым же приказанием новоиспеченному помощнику механика: члены Ордена не признавали ни чинов, ни званий, ни, упаси Матерь, фамилий, считая их мужскими орудиями рабства. Впрочем, экипаж мужского пола именовался исключительно по фамилиям – по тем же причинам. Поначалу Мартин решил, что работка будет непыльная: корабль был в отличном состоянии, вряд ли с двигателями возникнут какие-то проблемы. Но после оказалось, что звездолет оборудован современным плутониевым реактором, так что вся работа по его обслуживанию заключалась в том, чтобы смотреть на экраны мониторов и попивать кофе, с чем прекрасно справлялся и главный механик. Хотя маршевые двигатели, оказавшиеся в ведении Мартина, тоже проблем не доставляли: в основном из-за редкости использования. Зато проблемы возникли с капитаном: Мартин все чаще получал самые разнообразные приказания, которые становились все дальше и дальше от деятельности помощника механика, пока не превратился в некоторую помесь уборщика и официанта. Поначалу он пытался протестовать: «Я вам не обслуга. Пусть этим занимаются серво-роботы, мисс Арабелла», но в ответ слышал, что если он недоволен условиями труда, то он может увольняться и убираться с корабля сию же минуту. Только пусть не рассчитывает, что ради его персоны она будет тратить топливо на посадку. Мартину оставалось только догадываться, куда делся предыдущий помощник механика – а разгадкой по его мнению была недостача одной из спасательных капсул. Как бы то ни было, Мартин уже через пару недель службы порешил плюнуть на с таким трудом добытую работу и сойти на планету в ближайшем же порту – хоть к негуманоидам, только подальше от этой чокнутой. Но на деле он застрял на корабле уже полгода с лишним: реактор не требовал перезаправки годами, вода, воздух и частично пища регенерировались в замкнутом цикле, а все остальное добывалось, почти не выходя из дрейфа по краю Облака. Дело в том, что проповеди перед толпами отнюдь не были основным занятием странствующей миссионерки. Основной приток новообращенных (по крайней мере, по отсылаемым в Орден отчетам) давала несколько иная деятельность. Нельзя сказать, что нейтральное пространство у границы Серого Герцогства было оживленной космической трассой, но кое-какие корабли здесь встречались. Особенно те, что хотели бы проскользнуть незамеченными, или просто одиночки. Об одиночках редко кто спохватится… Почти невидимому в пылевых вихрях кораблю (покрытому для пущей надежности специальным сплавом) не нужно было даже преследовать какой-нибудь одинокий космокатерок: достаточно было притаиться, а затем неожиданно выскочить, как рысь из засады: большинство капитанов не успевало даже понять, что происходит, когда они оказывались в сильных лапах мощнейших магнитов. А после этого сопротивление было бесполезно… Это было еще одним преимуществом религии Ордена: поскольку мужчины являлись низшими существами, то грабеж принадлежащего им корабля вовсе не считался чем-то греховным. А капитан-женщина – редкая птица… если, конечно, она не сумасшедшая из Ордена Матери Миров. Те же немногие женщины, что оказывались на захваченных кораблях, должны были вступить в Орден. Хотя бы чисто формально – в Ордене тоже были не дуры, понимали, что искренней веры таким способом не добьешься – после чего пленниц отпускали. Зачастую даже на собственных кораблях (взяв с них положенную долю Ордена). В общем, можно сказать, что женщинам везло… Мартин снова вызверился на швабру, подумал об оставшейся спасательной шлюпке, и уже совсем было собрался домыть этот чертов пол, когда по корпусу звездолета прошла дрожь, а из ведра полетели хлопья пены. Это означало, что корабль прекратил свое мерное вращение вокруг оси, включились маршевые двигатели, и началась охота. Мартин едва успел схватиться за поручень, когда пропала сила тяжести, и долго пытался дотянуться до рычажков магнитов на ботинках. Когда же ему это все-таки удалось, оказалось, что передвигаться, скользя на магнитах по разлетевшейся пене, почти невозможно. Мартин все еще пытался удержаться на ногах, когда корабль остановился, и вновь включилась искусственная гравитация. Тогда, посмотрев на осевшие на переборках мыльные хлопья, помощник механика Мартин Стев, пробурчав себе под нос все, что он думает о своем капитане, вытащил из ремонтного отсека пыльного серво-робота и включил его в режим уборки. Проследив за действиями робота и спрятав его обратно, он направился к шлюзу. Мартин успел как раз вовремя: едва он подошел, дверь шлюза распахнулась, и из захваченного корабля вышла Арабелла в сопровождении своей личной охраны, а за ней – две дамочки, видимо, пассажирки того корабля. Впереди шла тощая мосластая девица в шортах, она недобро зыркнула на Мартина и отвернулась, а за ней… О-о-о, такой роскошной женщины Мартин не встречал никогда: возраст невысокой блондинки в пышных юбках определить было невозможно – что-то от двадцати пяти до пятидесяти, но это не имело значения: в глазах ее, в повороте головы, в каждом движении читалось, что эта женщина – в отличие от Арабеллы – любит мужчин. Любит, и знает, чего она от них хочет. Вот и сейчас у нее был такой вид, будто бы ее не взяли в плен, а предложили ей новое развлечение. Блондинка посмотрела на Мартина и улыбнулась, а он – он очень надеялся, что это не оттого, что весь покрыт хлопьями пены. Творческий пинок* * *В четвертый раз осматривая корабль, Арро заглянул даже в камеру утилизации отходов, на двери которой было наляпано краской: "Не работ.! Мусорка на прав. борту". В углу камеры, помимо прочего хлама, обнаружилась имперская военная форма, которой, похоже, вытирали пол. В голове Его Высочества забрезжила идея...Она должна быть где-то здесь, он ведь уже натыкался на нее... Есть! Резиновая баба в кричащей упаковке. Арро ухмыльнулся, аккуратно снимая обертку: чем дешевле подделка, тем натуральнее голограммы. Имперский герб, шлепнутый на задницу дамочки, был неотличим от того, что печатают на документах. Грим на этом паршивом транспортном средстве отсутствовал в принципе, поэтому брать придется нахрапом, - решил Арро, разглядывая себя в полированной консоли рубки.
На космодром Сувиты, отдаленной аграрной планеты Империи, опустился потрепанный транспортный корабль. Из него выбрался толстяк в поношенной военной форме и, неуклюже спотыкаясь на каждом шагу, направился прямиком к начальнику космопорта.
Поздно вечером в кабак, где обычно напивался капитан Вильгельмо, протиснулся щуплый парнишка, совсем не похожий на дородного лейтенанта Пуша, и попросил переговорить с капитаном с глазу на глаз. Из бормотания этого заморыша Вильгельмо уяснил, что избежать грянувшего призыва можно за семь тысяч кредитов, а парень скопил лишь четыре, и, если любезный капитан, корабль которого, как он слышал, стартует через два дня, не откажется взять его с собой, то тысячу кредитов... Вильгельмо рыгнул и отрезал:
Лейтенант Пуш начинал работу в восемь утра, в половине двенадцатого собирал бумаги в кейс, запирал кабинет и уходил обедать, а возвращался ровно в половине второго. Родители молодых людей, попадавших под призыв, быстро это усвоили. Обедать лейтенант повадился в роскошном "Гранд Сувита", это тоже усвоили быстро. И вот, когда на третий день пунктуальный Пуш не вернулся с обеда, а в туалете "Гранд Сувита" нашли обрывок форменного рукава, разбитые очки и лейтенантовский кейс (пустой, разумеется), наместник сначала обрадовался, но потом проклял эту планету, где никто не умеет держать язык за зубами - ведь отвечать за исчезновение имперского чиновника придется ему.
Капитан Вильгельмо принял у задохлика плату за перелет, аккуратно разложенную по сотням, перетянутым резиночками, и даже пожалел бедолагу: видать, правда долго копил. Капитан даже хотел вернуть парню сотни две-три, но жадность все же одержала верх. Однако Вильгельмо решил проявить щедрость в другом и буркнул:
* * *Что это - случайность, или Императрица решила таким образом окончательно с ней разделаться? Но зачем она рискует своей будущей невесткой? Сейчас Кьяра не могла разобраться в ситуации, она просто была не готова к такому повороту событий.- Алекса, ты не забыла мой несессер? Угрюмая капитанша, захватившая корабль, позволила дамам взять с собой самое необходимое, чему Кьяра была несказанно рада. Племянница отвела глаза и раскрыла большую сумку. Кьяра, не находя слов, опустилась в кресло: эта мерзавка вместо ее бесценного несессера, включавшего и консоль, и передатчик, и сейф, и много чего еще, запихала в сумку своего дурацкого кота! Это существенно осложняло дело. Но Кьяра и не из таких переделок выбиралась. Обед принес хмурый молодой человек - они уже видели его в коридоре, всего облепленного пеной. Кьяра улыбнулась ему одной из самых пленительных улыбок и заметила, что одно на этом корабле ее точно устраивает - сервис. Мартин Стев помялся и ответил: - Я, вообще-то, не стюард. Помощник механика. В глазах этой роскошной женщины он увидел неподдельный интерес. - Неужели? Значит, вы работаете с двигателями? И насколько сильны отличия от стандартной комплектации? Этот корабль, насколько я успела заметить, базируется на имперской модели АТ-17? Мартин просто обалдел: чтобы такая... такая... (он сглотнул) еще и недюжинным интеллектом обладала!.. Кьяра рассмеялась: - Да, как видите, я кое-что смыслю в кораблях и системах их жизнеобеспечения, - она понизила голос, - Согласитесь, при известных обстоятельствах такие знания лишними не будут. Алекса покосилась на тетку - та рисковала, сильно рисковала. Как, впрочем, и всегда. А вдруг этот парень все перескажет капитану? Но Алекса промолчала: Кьяра ведь много больше нее знала об интригах, интрижках и всём таком прочем. А вдруг и правда они отсюда выберутся? Не то чтобы Алекса так рвалась замуж за Императора (поразмыслив, она поняла, что совсем не хочет становиться Императрицей); ей просто не нравилось быть пленницей. Бластер у нее отобрали, заперли снаружи, хорошо, что хоть Муррла она успела сунуть в сумку... Алекса тряхнула короткой светло-пепельной гривкой и решила не мешать тетке. Напротив, даже помочь, если той потребуется ее помощь. * * *Университет Ниобо, будучи прекрасным научным центром, все же оставался большой бюрократической машиной. А в любой бюрократической машине есть лазейки. Распрощавшись с капитаном Вильгельмо, напутствовавшим своего пассажира любезным "проваливай", Арро засел в студенческом баре и уже к вечеру знал все, что нужно. Что, например, недавно в результате очередного эксперимента взрывом разнесло главную лабораторию и здание архива на факультете... ди Миро не стал забивать себе голову его названием, главное он выяснил: там занимались какой-то очень важной физикой, а потому лабораторию восстановили очень быстро, субсидии факультет получал немаленькие, и любое требуемое оборудование туда выписывалось незамедлительно. Также Его Высочество выспросил характеристики профессоров, кураторов и даже лаборантов, собрал все факультетские сплетни и даже осведомился насчет планировки зданий.В любой бюрократической машине есть лазейки, и Арро прекрасно знал, как в них ввинтиться. Наутро он ругался, тряс учебниками (одолженными за дверью у какого-то студента), просил, умолял, доказывал, что он здесь учится, только брал академотпуск, но по возвращении вдруг обнаружил, что все его документы утеряны, его самого не помнят, и из-за опыта профессора Ортины - несомненно успешного... нет-нет, не подумайте, он очень рад за профессора... - так вот из-за опыта, закончившегося приснопамятным взрывом, он может не получить образования, а ведь он так неплохо начинал, и даже профессор Ортина выделял его среди прочих студентов его курса, на котором... В любой бюрократической машине есть лазейки. "Восстановившись" на факультете, Его Высочество начал действовать. Обаяв страшненькую лаборантку, составлявшую списки необходимого факультету оборудования, он упросил ее добавить еще один раздел. Видите ли, милая девушка, он только что получил гранд, и теперь для дальнейших исследований ему необходима космическая яхта и... Нет-нет, что вы, никаких трат, поскольку расплачиваться за свое оборудование он будет сам, из суммы гранда, потому он и просит вынести всё своё в отдельный раздел. Нет, если он попробует действовать как частное лицо, его промурыжат невесть сколько, а вы же знаете, что потеря времени недопустима, когда речь идет о научных экспериментах. С другой стороны, Университет Ниобо - это имя, ни одна бюрократичная крыса не посмеет задержать университетский заказ, а вы же знаете, что потеря времени, когда речь идет о научных экспериментах... Действительно, ни одна крыса не задержала выписанные Его Высочеством реактивы, детали и приборы, хотя такой набор наверняка насторожил бы полиции, службы безопасности и таможни. Все-таки Университет Ниобо - это имя! С помощью ребят-технарей, которых отыскал в том же студенческом баре, Арро слегка модернизировал свою яхту, и примерно через неделю после прибытия стартовал с Университета Ниобо - разумеется, проводить научный эксперимент.
Бесцельно проболтавшись несколько дней в космосе, он наконец поймал сообщение, что посол Альянса независимых планет Сеймур Лахланд направляется в Серое Герцогство. Некогда Арро знался с одним малым, который по роду своей деятельности был тесно связан с дипломатами. Малый этот тырил новейшие имперские разработки, касавшиеся космических кораблей, и через ребят-дипломатов, чей багаж никогда не досматривался, переправлял схемы в Альянс. Его высочество имел представление, какими маршрутами летают дипмиссии Империи, Герцогства и Альянса, а потому ждал посла в самом удобном месте с точки зрения реализации своего плана.
* * *Мартин выколупывал пыль из бороздок, украшающих панели возле командного центра и слушал, как за неплотно прикрытой дверью совещались феминистки.- Пришел приказ, мисс Арабелла. Шуршание пленок, тишина, затем голос капитана: - Нам приказано взорвать захваченный корабль. Пленницы останутся у нас до прибытия эмиссаров Ордена. Более подробной информацией нас снабдить не пожелали. Мартин швырнул щетку.
- Друг мой, вы уверены, что отпускать нас не собираются? - Кьяра спокойно улыбалась, только пальцы теребили шелковый платок.
- Мисс Арабелла, не могли бы вы устроить для нас сеанс связи с кем-нибудь из руководителей вашего Ордена? - лицо Кьяры выражало только искренний интерес, - Нам бы хотелось обсудить некоторые философские аспекты, с кем-то, кто хорошо знаком с учением Матери Миров. На ваше время я не смею претендовать, вы ведь капитан, на вас лежит такая ответственность, и отвлекать вас разговорами...
Капитан патруля с кем-то связался, худощавый мужчина на экране дал добро на незамедлительную посадку. Прямо к трапу подали экипаж, Кьяру и Алексу доставили в резиденцию Серого Герцога... но внутрь пускать не хотели.
Она неслась по галереям Дворца, интуитивно чувствуя нужное направление. Мысли прыгали в голове, рассыпаясь и наскакивая одна на другую... Чертов Канцлер! Даже Оскара припомнил! Девичью фамилию раскопал! Надо было взять и действительно прикинуться невестой Императора, только зачем?! Невестой Императора я всегда успею стать по-настоящему, если понадобиться! Мальчишка был слишком мал, да и видел он меня шесть лет назад во время этого дурацкого Трибунала лишь мельком. Его мамаша радоваться должна, что мне пока не нужен царственный сынок... Интересно, где же Сеймур-Змей? Как удалось нейтрализовать этого искушенного мерзавца?... Но Канцлер!!! Безобразный старик, возомнил о себе.... Какие-то люди попадались навстречу, пытались ей что-то сказать, но она ничего не собиралась слушать. Она искала Алексу, надеясь, что та в ее отсутствие не наделала каких-нибудь глупостей, вроде попытки выйти на связь со своим папочкой-маркизом, или, того хуже, с изнывающим от ожидания женихом или его мамашей. Кьяре совершенно не нужны были сейчас никакие резкие движения типа срочного транспорта до Столицы Империи под Конвоем Крейсеров Герцогства, ей нужно было время спокойно обдумать как использовать то, что она знает!
Универсальный помехогенератор - игрушка дорогая, доступная лишь дипломатической службе крупного государства. Или авантюристу-одиночке Очень Высокого Класса.
Дип недолюбливал времена, когда в резиденцию Серых Герцогов прибывали гости: в коридорах сновал народ, вечные обеды и ужины, на которых ему приходилось присутствовать, брату становилось не до него, Тео ходил какой-то бешеный... Вот и сейчас Дип разыскивал начальника контрразведки по всему зданию - тот пропускал урок. Самое обидное, что к этому уроку Дип был готов блестяще!
Теобальд негромко выругался, покосился на Дипа:
Лисичка- Пока нас не прервали … а я уверена, что это случится очень скоро – скажите мне, что случилось с настоящим Лахландом? Он жив? – глаза Кьяры светились неподдельным интересом.- О, так вас действительно связывали глубокие чувства? - Чувства …были, - она подняла глаза к потолку и вздохнула, - но прошли. Как всегда, девушке на память остались одни бриллианты! – Кьяра распрямила изящные пальцы и привычно полюбовалась блеском холодных камней на кольце. – Мой интерес связан с тем, не нагрянет ли сюда Змей с разоблачительным визитом или точнее – _когда_ он сюда нагрянет… В смысле как долго я могу использовать этот козырь, - подумала про себя она. - Он жив и он не нагрянет. Он… путешествует и сейчас отсюда довольно далеко. – Арро скромно подергал кружева на манжетах камзола и стряхнул невидимую пылинку с рукава. - Путешествует, значит, - понимающе покивала она, - это хорошо. Сеймур… , - она встала с кресла и начала прохаживаться перед ним, рассуждая на ходу, - я буду называть вас Сеймур… во-первых, чтобы не сбиться и не сломать вам игру, а во-вторых, подробности вашей игры мне совершенно не интересны… - Конечно она лукавила, но глядя в эти честные глаза разве усомнишься? - Меня вполне устраивает, - кивнул Арро - Так вот, Сеймур, милый, ... - Сеймур-милый – так еще лучше, - перебил он, сделав серьезное лицо. – А тогда можно я буду называть вас «Любимая»? Она расхохоталась и продолжила говорить, переместившись за его кресло. - Не знаю, зачем вы здесь и какие цели вашего визита… но я - совершенно не предполагала, что окажусь в Сером Герцогстве. И хочу предупредить, что собираюсь использовать все подвернувшиеся возможности, чтобы вернуться в Столицу. - Вы так хотите в Столицу? – ему хотелось развернуться к ней, но она остановилась и опустила руки ему на плечи. - Скажем так, мне надоело жить в глубинке… - Ну конечно, такая скука, никаких перспектив, интересных собеседников, новых знакомых… - Вы хорошо понимаете… женщин. - Особенно женщин с таким прошлым! - ее пальцы дернулись, но он уже развернулся и сжал ее руки своими. - Я расскажу вам про свои планы… но у меня условие. Мои планы в обмен на ваши. И еще... - генератор помех издал предупреждающий щелчок, - ...следующая наша встреча – у меня. Там не такая чудовищная холодрыга! - не сбиваясь с ритма закончил Арро, целуя Кьяре руку. - А еще - там не должно быть камер и "жучков"! - подумал он.
- ...у меня. Там не такая чудовищная холодрыга! - услышал сквозь исчезающий шелест помех Теобальд и разглядел обещающую улубку графини. - Твою же мать! - он состоил недовольную мину. - Чертовы дипломатические девайсы! Только порадуешься, что ты наконец-то на шаг впереди, как оказывается что кто-то изобрел новую шпионскую хрень!
Творческий ПинокХолодно. Холодно. Почему у нее так холодно?Арро методично утюжил сканером стены и размышлял: руки у графини, когда она коснулась его плеч, были ледяными, она все время двигалась - надо полагать, чтобы согреться. Если холод ей в тягость, почему не поднять температуру? Конвенцию о дипломатических связях в Сером Герцогстве чтили, жучков не обнаружилось; Его Высочество с ногами завалился на кровать и продолжил размышлять. Сам он наплевал бы на собственный комфорт лишь при достаточно высоких ставках, так, если б или-или: или мерзнет он, или перегревается и приходит в негодность... что? Они, графиня с императорской невестой, буквально чудом спаслись с пиратского корабля, на который тоже попали явно не по своей воле, - и то, и то произшло внезапно. Значит, то, что нуждается в холоде, львиную долю времени при ней. Постоянно при себе держат только очень ценное. Или очень опасное. Или и ценное, и опасное. А еще оно очень-очень маленькое, если никто не заметил его. Но пока это только подозрение, которое никак не может являться козырем. Нужно проверить. Арро скатился с постели и принялся рыться в неприкосновенном "дипломатическом" багаже. Да, так и есть, маленький термосейф у него был - внешне изящная, под старину, шкатулка, нафаршированная высокотехнологичной начинкой, могла вместить только маленький, в пол-пальца, контейнер. Теперь Сеймур-милый преподнесет эту безделицу графине с уверениями в самых нежных и тэпэ, и, возможно, сможет судить хотя бы о размере ледяной ценности: если в комнатах Кьяры де Ринц потеплеет, значит, кому-то нужно переправить в Империю биоматериал - скорее всего, биоматериал, - который стоит Очень Дорого. Арро уже начал жалеть, что затеял свою необдуманную месть Альянсу - появление этой Графини могло спутать ему все карты. Вернее, уже спутало. Сеймур-милый, надо же!.. РоТетушка только юбками мелькнула - и исчезла за дверями. Ну да, наивные, пытались остановить Кьяру де Ринц, когда она нацелилась на очередной объект. Теперь она ворвется, окрутит и Герцога здешнего, и... кто там у него, сказали? И посла Альянса... и вообще всех мужчин в комнате, как она это сделала с бедным механиком. Что же, тетушка в своем репертуаре, и Алекса за нее, слава богу, не отвечает. Поэтому она послушно проследовала за сопровождающим их офицером в «приготовленные для госпожи маркизы покои».Покои оказались вполне себе просторными и уютными. Приветливая молоденькая горничная показала ей все и предложила помочь разместить вещи. - А вещей у меня – вот, - усмехнулась Алекса, спуская наконец с рук Муррла, которого все это время прижимала к себе. Кот немедленно обнюхал все углы в комнате и решительно запрыгнул на постель. - Это не беда, - прощебетала горничная, - Герцог приказал обеспечить гостей всем, что потребуется. Если госпожа маркиза только скажет, в чем нуждается… ваши костюмы... лучшие дизайнеры к вашим услугам… Алекса пыталась было отмахнуться, попросив только самое необходимое, но потом сообразила, что от официальных визитов-обедов-разговоров ей все равно не отвертеться. Этикет, увы. Представать перед правителем Серого Герцогства в любимых шортах будет как-то совсем неправильно. И недостойно наследницы маркизата, не говоря уж о невесте Императора. Пришлось потратить время на обсуждение гардероба. Она ничуть не сомневалась, что, скажем, Кьяра, или любимая подружка Лили, получили бы от этого процесса огромное удовольствие, она же только вздохнула с облегчением, когда горничная наконец ушла. Теперь можно нырнуть в душ, а потом плюхнуться на кровать, обнять кота и подумать хорошенько. Однако, когда она выбралась из роскошной ванной – не сравнить ни с удобствами имперского корабля, ни, тем более, с суровыми условиями корабля пиратского – кота в комнате не обнаружилось. И в соседних комнатах тоже. Зато дверь – входная дверь в ее покои – оказалась приоткрыта. Наверное, она сама ее неплотно закрыла, и кот, привыкший к вольной жизни, удрал. И кто знает, какие опасности ждут его в этом дворце, они же не дома, где все прекрасно знали личного кота маркизы. Алекса торопливо влезла все в те же шорты с обтягивающей футболкой и выскочила в коридор, надеясь, что кот найдется быстро, и она никому не попадется на глаза. В коридоре кота не было. И в соседнем тоже. Плюнув на все, Алекса двинулась вперед, стараясь хотя бы запомнить повороты и спрашивая редких встречных, не видели ли большого рыжего кота. За выверенно-нейтральными выражениями лиц дворцовой обслуги легко читалось легкое недоумение, но отвечали все одинаково. Кот словно сквозь землю провалился. Алекса начинала волноваться. Ну вот куда его занесло? В отчаянии она завернула за очередной угол – и остановилась, как вкопанная. Стоящий посреди коридора мужчина не очень-то был похож на прислугу. Он держал на руках кота – ее кота! – и ласково почесывал его за ухом. И Муррл, о чудо, довольно жмурился и не думал выпускать когти. На губах мужчины играла легкая улыбка. Пожалуй, благовоспитанная наследница трона разговоры должна начинать совсем не так, но Алекса почем-то об этом забыла, выпалив сразу: - Как вам это удалось? - Что именно? – мужчина взглянул на нее, и улыбка мгновенно исчезла с его губ, лицо стало непроницаемым. - Поймать Муррла. Он обычно никому не позволяет таких вольностей. - Кроме вас? Это ведь ваш кот. - Мой. Но правда – как? Обычно попытки взять его на руки заканчиваются минимум расцарапанными руками. До сих пор никому не удавалось… Мужчина пожал плечами: - Поверьте, я не делал ничего особенного. Просто… мы поговорили, и кот счел мои доводы убедительными. Позвольте вернуть вам вашего любимца? Алекса схватила протянутого кота, тот, предатель, еще и взмявкнул протестующее, но хотя бы не попытался вырваться. - И всегда вам удается вот так... договориться с незнакомыми котами? И прочими? - Не так часто, как хотелось бы, - на его губах снова мелькнула улыбка, неуловимо быстро. – Ваш дед умел это гораздо лучше. Он-то точно мог найти общий язык почти с любым. - Мой… дед? – Ну конечно, великий Корсо. – Вы его знали? - Да, он часто бывал у нас. Я даже звал его дедушка Корсо, хотя, строго говоря, дедушка он совсем не мне, - сейчас без улыбки, только искорки в глазах. Вот как. Это, значит, Серый Герцог собственной персоной. Сын предыдущего Серого Герцога, бывшего друга ее отца, того самого, который… - А я деда почти не помню, - протянула Алекса. Она и вправду была маленькой, когда дед исчез. В памяти остались разве что страшные лохматые брови, а под ним глаза, всегда посверкивающие смехом. С ней дед всегда шутил... А вот с отцом, бывало, ругался. Обычно после того, как возвращался из очередной поездки. Алекса как-то заигралась за скамьями в зале и случайно услышала их спор. - Как ты можешь ездить туда? – спрашивал отец. А дед, сверкая глазами, отвечал: - Я, в отличие от тебя, не умею вычеркивать из жизни друзей. - Я не… - тут отец запнулся, – У меня не было выбора. Ты не понимаешь, как это… я просто не могу! Это... больно. Папе больно – это было настолько неправильно, что маленькая Алекса тогда не выдержала, испуганно выскочила из своего укрытия, кинулась к отцу. Когда он обнимал ее, она услышала за спиной вздох деда: - Думай о том, что хоть на одни звезды смотрите. Тогда она не поняла, о чем речь. Уже позже до нее, конечно, дошли слухи о большой дружбе, разрушенной большой любовью. О том, почему Маркизат не поддерживает дипломатических отношений с Серым Герцогством. Отсутствие отношений, правда, не останавливало новости. Она была уже старше и все понимала, когда по галактическим новостным каналам прошло сообщение об очередном, на сей раз удачном покушении на правящую семью Серого Герцогства. Этот день она тоже помнит. Никогда, даже после смерти матери, она не видела отца настолько… опустошенным. Отчаявшимся. О чем он жалел тогда? В чем себя винил? Тут Алекса поняла, что Герцог что-то говорит, и спешно прогнала воспоминания, вряд ли уместные сейчас. - Что, простите? - Он был замечательным человеком. - Хотела бы я знать о нем больше, - непроизвольно вздохнула Алекса. - Если вам действительно интересно, я мог бы рассказать то, что помню, – снова в глазах мелькнула улыбка, не насмешливая, скорее светлая. – Знаете, он подарил мне шпагу. Старинную, семейную. Если хотите… - Хочу, - выдохнула Алекса, даже не задумываясь. – Конечно, хочу. В смысле – я с радостью послушаю о деде. - Тогда... Вы позволите пригласить вас на ужин? - Благодарю, - вовремя вспомнив об этикете, она кивнула. - В таком случае – до вечера, - Герцог отвесил ей безупречно рассчитанный поклон и отправился по своим делам. А Алекса, крепко прижимая к себе кота, поплелась назад, надеясь, что не заблудится в незнакомом дворце и сумеет найти свою комнату до ужина. * * *Черт, черт, и трижды черт! Вон, стоят, пялятся, изображая верноподданнические чувства. А сами только и ждут, когда он ошибется, чтобы похихикать.- Мы бросили на поиски всех наших агентов в этом регионе, но к сожалению пока не удалось выяснить точных координат… поиски затруднены пылевыми облаками и близостью театра военных действий. Мы не знаем точно… Врет. Врет, и глазом не моргнет! Все они ему врут, говорят лишь то, что удобно, а полные доклады отправляются Мамочке-чтоб-ее-Императрице. Вот кому они все служат, кого действительно боятся, кому не рискуют врать. И как прикажете править в таких условиях? Как же он их всех ненавидит… как ненавидит. Ни на кого нельзя положиться. - Не знаете – так выясните, черт возьми, если хотите сохранить свой пост! И вон отсюда! Кланяются, уходят. А сами переглядываются. А он хорош, дал повод, сорвался…. как мальчишка, так они будут говорить, и переглядываться, и ухмыляться. Нет, спокойно… нужно держать себя в руках. - Ваше Императорское величество… - Что! А... ты, Виллем, - верный оруженосец, помесь камердинера, секретаря и просто доверенного лица. Один из действительно доверенных. По крайней мере, пока поводов сомневаться в том, кому он служит, не было. – Что у тебя? - Новости о вашей невесте. - Откуда? - Сестра оруженосца лейтенанта Грима встречается с младшим техником отдела шифрования… а оруженосец недавно крупно проигрался мне… - Ясно, можешь не продолжать, - и вот на такие источники приходится полагаться! Прислуга, технический персонал, оруженосцы… Ничего, это ненадолго. – Что за новости? - Предположительно, маркиза Терранская и сопровождающая ее графиня де Ринц каким-то образом оказались в руках представительниц Ордена Матери Миров. Один из кораблей Ордена был замечен у границ Серого Герцогства, невдалеке от предполагаемого маршрута вашей невесты… - Проклятье! Да нет, Виллем, ты молодец... ступай, посмотри, что еще сможешь узнать. Ну вот, информация у него есть, а что дальше? Он должен, должен найти Алексу раньше матери. Должен наконец-то доказать ей, что способен не только принять решение, но и добиться его исполнения. Но как же неудобно добиваться, когда у тебя даже верных тебе людей почти нет. Отправить прямой запрос Серому Герцогу, чтобы приняли меры, прочесали сектор? Нет, это значит в открытую признать, что не смог обеспечить безопасность собственной невесты. Нужен посредник. Но кто? Кому он может доверять, кто не побоится встать на пути Мамочки-Императрицы и доставить к нему Алексу.. а заодно и эту ее… тетку, что ли? Графиню де Ринц… де Ринц… она ведь урожденная де Брешер? Точно! Молодой император вскочил и зашагал по своим покоям. Уши у него слегка пылали. Де Брешер, Кристиан де Брешер, его детский позор, глупое восторженное увлечение... стыдно вспоминать сейчас. Но все же… все же это дает зацепку, дает право написать Кри.. господину де Брешеру лично. Он-то может отправиться на поиски сестры… а заодно и императорской невесты. И уж кто-кто, но Кристин де Брешер, болезненно честный человек, образцовый офицер и джентльмен, не станет лгать своему Императору, выслуживаясь перед его мамочкой. Решено, он напишет ему… личный курьер доберется раньше, чем мать успеет что-нибудь предпринять. Он все же получит свою невесту… и свою собственную жизнь... а затем и свою собственную, ничью больше, Империю. Творческий Пинок- Уехал бы ты в горную резиденцию, пока не поубудет народу? - начальник контрразведки мрачно пялился в стену из десятков экранов.- Не могу, крайне невежливо будет оставить дворец... Теобальд фыркнул, ткнул в кнопку - всю стену заняло изображение Алексы, она тянулась с лесенки к верхним полкам в дворцовой библиотеке - и передразнил: - ...и Невесту Императора маркизу Теранскую. Невесту, Александр. Герцог промолчал. - У меня не хватает людей, мы физически не успеваем все проверить и за всем уследить, когда вокруг столько посторонних. Пойми, в таком бедламе я не могу гарантировать твою безопасность. Да еще Лахланд... а уж вот этот раздражающий фактор! - Тео переключился на комнаты графини де Ринц. Было похоже, что Кьяра перебирает драгоценности - она сидела на полу возле кресла и возилась с маленькой шкатулкой. Александр так и сказал. - Какие, к гракхам, драгоценности, их спасли с пиратского корабля! - взорвался Теобальд, - у маркизы при себе окромя кота и вовсе ничего не было! Ты смотри - на пол перебралась, на границу зоны охвата камер, и кресло еще обзор закрывает... Графиня захлопнула шкатулку, поставила ее перед зеркалом и огляделась, словно почувствовав взгляды. Медленно вышла на середину комнаты - на губах вызывающая улыбка, цепкий взгляд мечется по стенам, по потолку, отыскивая камеры, - пробежалась пальцами по пуговицам и неуловимым движением плеч скинула халат. В глаза ударила ослепительная нагота, Александр покраснел и отвернулся от экрана. - Вот же чертовка! - Теобальд восхищенно рассмеялся, - А ведь могло бы сработать, будь я таким же ханжой, как его светлость! ЛисичкаЕсли известность Кьяры де Ринц в Империи и за ее пределами была неоднозначной, чтобы не сказать - скандальной, да и известна она была только в узких кругах, то при имени Кристиана де Брешер практически у любого обывателя возникал образ «героического офицера» - молодого, красивого аристократа с опытом серьезных военных баталий за плечами. Его можно было бы считать эталоном «офицерской чести и совести»… да что там можно, его подвиги во Вторую и Третью Имперские Кампании упомянуты во всех учебниках, а несколько лет назад все детишки, не отрываясь, играли в «Атаку Кристиана», выпущенную предприимчивыми гейм-продавцами сразу после награждения его Алмазным Крестом. Ему прочили блестящую военную и даже политическую карьеру, он был вхож ко Двору, был неоднократно назван «Холостяком года» и обласкан Императрицей…Однако известность и слава – штука быстротечная. Вот уже четыре года, как он, внезапно для всех ушедший в отставку, живет отшельником на окраинах Империи, в родовом гнезде и, кажется, даже самые пронырливые газетчики про него окончательно забыли… Четыре года. А как будто вчера его ушлая сестрица нашла его дневник, где он (как слабонервный мальчишка!!!) написал, что раз Гэбриэл погиб, жизнь больше не имеет никакого смысла, и он собирается уйти за ним… Кьяра тогда взбесилась не на шутку, хлестала его по щекам, рыдала (он даже вышел из многодневного столбняка: Кьяра?! Рыдет?! Это невозможно!), а потом, вытерев слезы, серьезно пообещала, что если он что-нибудь с собой сделает, то она сделает то же самое. И глядя в глаза своему отражению, он понял, что она не играет и не пугает. Сделает. Эта идиотка на все способна. "Эта идиотка" потом еще полгода ходила за ним хвостом, забросив своих мужей и ухажеров, не оставляя его ни на день одного. Сначала это было забавно, ведь Кьяра не переносила степенную провинциальную жизнь и смотреть, как в ней борются темперамент и чувство ответственности – та еще комедия! Но потом она начала таскать в поместье «своих знакомых» геев, устраивать вечеринки под вымученными поводами. «Холостяк года» понял подоплеку этих ее проделок не сразу, и они опять поругались. Ну а потом, когда в знак примирения они распили три коллекционные бутылки какого-то древнего самогона, она вынудила его покляться, что не будет ничего предпринимать, да еще и вернется на службу. С ликованием она унеслась из Брешера следующим же утром и, кажется, именно тогда закрутила с этим дипломатом Лахландом: бросилась как в омут с головой, так ей надоела деревенская жизнь вдали от центра событий… Крис на службу не вернулся. Слухи о его ориентации начали ходить и до его отставки, а после нее было несколько «разоблачающих» статей в желтой прессе. Кому нужен нетрадиционный герой? Читать лекции в Высшем Военном Имперском училище он отказался по той же причине: молодые курсанты? Сколько будет пищи для болтовни! Как минимум опять «холостяк года» - только уже в другом издании…
- Ваша светлость, к вам имперская почта! – беспокойный голос дворецкого вывел его из задумчивости.
* * *- Джоф, вы нашли графиню? – Александр оторвался от бумаг и посмотрел на вошедшего Канцлера, - минут через тридцать катер ее брата будет здесь.- Еще нет, - было видно, как нелегко ему дались эти слова. Гаалеби действительно чуть ли не впервые чувствовал себя беспомощным, и началось это как раз с появления этой самой графини в Герцогстве. Александр удивленно вздернул бровь. - Ищем, Александр. Она где-то здесь, резиденцию она не покидала точно. - А, может быть, Посол… - Он не знает. Или говорит, что не знает. - А… - Ее племянницу мы тоже расспросили. - Ну так подключайте Теобальда. Эти его… камеры. В конце концов, должны же они приносить пользу? Не хочется, знаете, выглядеть дурачком в глазах Кристиана де Брешера: Герцог не может не знать, что происходит в его доме! - Мы ищем, Александр, - повторил Джофраам, выходя.
Черта с два бы они нашли своенравную графиню: за спинами столпившихся у игрового стола консьержей, портье, техников и официантов Теобальд и сам не сразу разглядел изящную женскую фигурку - Кьяра, как нарочно, была одета в чернильно-синее платье, которое почти сливалась с форменной одеждой большинства работников, ей всего-то нужно было снять расшитый жемчугом воротник.
- …и естественно, после письма Императора, я незамедлительно отправился к вам, - степенную речь Кристиана прервал шум, доносящийся из приемной, голоса, звук распахивающихся дверей в Тронный Зал... "Все как обычно… Кьяра", - подумал Крис, и действительно это была она, ее быстрым шагом догонял молодой мужчина в строгом камзоле.
Творческий ПинокТеобальд привык доверять своему чутью. Последние несколько минут напряжение нарастало, сейчас же внутри и вовсе выла сирена: что-то не так, что-то не так! Кристиан де Брешер тревоги не вызывал, Кьяра?.. Нет, сейчас и не она. Посол? Его тут вовсе нет.Рискофф склонился к Герцогу: - Пригласи всех на галерею, отсюда нужно уйти. Александр, взглянув в озабоченное лицо начальника контрразведки, не стал возражать. Графиня, этот тайфун в юбке, летала по всему залу, обнимала брата, смеялась (она совсем девчонкой кажется, когда так вот смеется, искренне, чтобы глаза сияли), рассказывала об отшельничестве Кристиана; подхватив его под руку, она даже оттерла Герцога у самых дверей, когда публика двинулась к галерее - Александр опешил, на его лице ясно читалось: эта женщина имеет хоть какое-то представление об этикете?! Теобальд так не понял, каким чудом он разглядел грязную полоску на косяке - а может, не разглядел, а услышал едва уловимый звук сработавшего детонатора, когда брат с сестрой прошли в двери. Не Александр, как предписывалось, а Кьяра и... Тео даже не додумал, в отчаянном прыжке бросил тело вперед. Он помнил грохот, помнил, как стучали по спине осколки, как один вжикнул по щеке. Сейчас была тишина. В горстях - ворох светлых кудрей... сразу с двух голов. Он все-таки успел прикрыть гостей Герцогства. - Живы? - не сказал, каркнул. Лицо Кристиана было залито кровью, Теобальд провел ладонью по его лбу, по щекам - ран нет, значит, кровь чужая. На Кьяре не было ни царапины, губы женщины двигались - наверно, она что-то говорила. - Не надо, - Тео мотнул головой, - не слышу. Оглох. Он кое-как сполз с Брешеров, доковылял до Александра, вцепился в него: - Ты? Цел?.. - но, не дождавшись ответа, завалился на бок. По белому кителю Герцога пролегла широкая алая полоса. РоСидеть в комнатах было невыносимо, и Алекса просто болталась по дворцу.Кот отправился на прогулку еще раньше – за прошедшее время Муррл совсем освоился на новом месте и успел найти путь к кухне и к сердцу главного повара. Тетушка, как обычно, с утра уже куда-то унеслась. И почему у Алексы вечно спрашивают, где Кьяра? Если за ней не может уследить вся дворцовая охрана – откуда маркизе-то знать? Серый Герцог был занят своими государственными делами. Наверное, сидит где-нибудь и с серьезным выражением выслушивает доклады подданных. Он всегда очень серьезен, лишь изредка, говоря о чем-то очень близком ему, позволяет улыбке тронуть губы - и то мгновенно ее прячет. Словно боится, что кто-то обнаружит у него слабости. Поначалу Алексе очень мешала эта его серьезность, которую она принимала за неприязнь. Потом привыкла, со временем научилась различать на непроницаемом вроде бы лице тени эмоций. Не то чтобы времени этого было очень много. За обещанным ужином с рассказами о деде последовал визит в герцогскую сокровищницу, чтобы посмотреть ту самую шпагу. Алекса похвасталась, что ей дед подарил маленький, под детскую руку сделанный бластер. Это признание само собой повлекло визит в тир – уважить любовь гостьи Герцога к стрельбе. Между прочим, сам он стрелял даже лучше нее, хотя без особого азарта. Потом был еще обед. Знакомство с младшим братом Герцога, очаровательным мальчишкой, в отличие от брата более открытым и непосредственным, не смотря на то, что в таком возрасте ему уже пришлось столкнуться с опасностями своего положения. Еще Герцог разрешил ей покопаться в знаменитой на полгалактики личной библиотеке Серых Герцогов – там были такие редкие вещи… И обещал показать не менее знаменитые лаборатории. Из-за этого-то обещания она сегодня и поругалась с теткой. Ну, не то чтобы именно из-за него, просто, когда она рассказывала об обещанной поездке… ладно, возможно слишком увлеченно и восторженно рассказывала, Кьяра между делом, не отрываясь от укладывания локонов, посоветовала ей вспомнить, куда она, собственно, направлялась. Вспомнить, что она невеста Императора, и этот титул ко многому обязывает. Алекса, понятно, вспылила и заявила, что это тут совершенно не при чем, на что тетушка рассмеялась своим дурацким всезнающим смехом и, уже выскальзывая за дверь, порекомендовала задуматься, почему она за все время пребывания здесь так и не сообщила о себе безутешному жениху. Или хотя бы отцу. Как ни злило это, но в словах Кьяры был смысл. Алекса постаралась честно ответить себе на вопрос, почему же она ни с кем не связалась. Честно запуталась в ответах. Она знала лишь, что мысль об отлете в сторону «безутешного жениха» заставляет все внутри сжаться в страхе. Но отец! Он ведь тоже волнуется, наверняка с ума сходит. О нем она должна была подумать раньше! Может… может, если она отправит сообщение по тайным дипломатическим каналам, то сможет убедить отца не сообщать никому о ее местонахождении? Хоть какое-то время? А потом, она, конечно, вернется… Да, именно. Ей нужен секретный канал связи, наверняка у Герцога такие есть. Она сейчас же отправится к нему и попросит отправить сообщение. Поспрашивав прислугу, Алекса вычислила, что герцог принимает кого-то в малом зале. Она не тетушка, врываться в зал не будет – просто подождет рядом. Грохот раздался, когда она уже нашла нужный коридор. Раздался со стороны того самого зала. Еще через секунду до Алексы дошло – это взрыв! И она побежала. Первое, что она увидела, добежав до дверей – до того, что от них осталось, первое, что бросилось ей в глаза – алое на белом. Кровь на кителе Александра. Воздух из легких вдруг словно вышибло, слова рассыпались каплями крови. Все, что она смогла выдавить – хриплое: - Ты…? Он поймал ее взгляд и быстро, с нажимом проговорил: - Со мной все в порядке, маркиза. Я цел. Но Тео… он… В голосе была неподдельная боль. Только сейчас Алекса позволила взгляду оторваться от серых глаз и охватить весь зал. Разглядеть, что Герцог, оказывается, сидит на полу и держит на коленях голову того человека, что часто сопровождал его... кажется, он отвечает за безопасность? Да, именно. Теобальд Рискофф. На его темном костюме крови почти не видно, но пол под ним и руки людей, торопливо стягивающих с него одежду, все в крови. Чуть в стороне растрепанная Кьяра в засыпанном пылью платье отталкивает суетящегося вокруг нее офицера охраны, пытаясь встряхнуть за плечи стоящего рядом мужчину, поразительно похожего на нее, и допытываясь, точно ли он не ранен. Кристиан де Брешер? Алекса «дядюшку» живьем почти не видела, зато насмотрелась на портреты в книгах и по головиду. Откуда он здесь? Стоит, что-то бормочет успокаивающее бледными губами, а сам взгляда не сводит с окровавленного тела. Люди вокруг… охрана, прислуга, врачи. Медики, наконец погрузив раненного на гравиносилки и бесцеремонно оттолкнув Герцога, помчали их прочь по коридору. Герцог, бросив стоящему рядом советнику «Разберись тут», быстрыми шагами отправился следом. Алекса проводила его взглядом, и только тут заметила замершего в углу мальчика. Он не плакал и старался никому не мешать, глаза его, с расширенными зрачками, смотрели на разрушенную дверь. О нем, казалось, все забыли. Алекса подошла к мальчишке и осторожно обняла его за плечи. Он вздрогнул, но не отстранился. - Идем, Дип, не нужно тут оставаться. Идем… Принц послушно нажал клавишу на подлокотнике кресла, оно медленно двинулось по коридору. - Ты не волнуйся, - твердила Алекса, шагая рядом и не зная, кого она пытается успокоить, Дипа или себя. – Не волнуйся, с ним все будет хорошо. Он жив, значит, все будет хорошо. Ты только не бойся. - Я не боюсь, - произнес Дип, и Алекса поняла, что голос его подрагивает совсем по другой причине. Мальчишку переполняла злость. Да, именно. Вон, как сжал зубы. Как же он сильно ненавидит. - Я их не боюсь, – повторил он. – Потому что они сами – трусы и подлецы. Они всегда бьют неожиданно, всегда только в спину. Как с мамой. Как со мной. Как с Тео… Я найду их, найду! Теперь парня трясло. Хорошо, что они уже добрались до его комнаты. Кресло заметалось от стены к стене, опасно накреняясь на повороте. - Я найду их, я их уничтожу! – твердил мальчишка. - Ты найдешь их, - услышала Алекса собственный голос. – Обязательно найдешь. Но для этого нужно успокоиться, слышишь? Ярость ослепляет. Тебе нужна холодная голова и трезвый взгляд, понимаешь? Кресло остановилось. - Да. Тео… Тео тоже всегда так говорит. Нужно быть спокойным, как кот, сторожащий мышь. Тео, он… он бы нашел их, если бы… если… Напряжение наконец прорвалось слезами, и Алекса с облегчением вздохнула. Она обнимала принца, гладила взмокшие волосы, слушала успокаивающееся дыхание, а перед глазами ее стояло одно и то же – алое на белом. |